«Я не могу сказать, что боюсь. Не боюсь, ведь она будет, – говорит о смерти отец Павел Островский. По его словам, собственная смерть ему не страшна, но страшно потерять близких людей, потому что это приведет к тоске от разлуки: – Я верю, что есть вечная жизнь. Но это вопрос разлуки, мне не хочется разлучаться. Но у меня нет такого, что я боюсь какого-то небытия».
Что будет после смерти? Отец Павел приводит аналогию с родами. Жизнь в животе матери для ребенка – это действительно целая жизнь, и он не в состоянии представить, какой будет его следующая жизнь после родов. «Смерть является родами вечной жизни, написано просто очень кратко. Бог предусмотрел о нас нечто лучшее. Всё. Если нам сейчас бы рассказали, что нас ждет в вечности, мы бы испугались. Так же, как мы испугались бы внутри утробы матери, если бы нам рассказали, что нас ждет здесь».
Отец Александр Сатомский объясняет, как он понимает существование в царстве Божьем. Человеку сложно представить себе вечность: «Ну вот мы пришли перед лицо Божье, вот все мы порадовались тому, что встретились друг с другом, может, не все, удивились тому, что встретили того, кого явно не ожидали встретить. Прошло какое-то время, мы все покоммуницировали, друг другу в гости походили, кофе без горчинки выпили, Бога повоспевали какое-то время и дальше заскучали. Конфликтов нет, решать нечего, делить нечего. Заниматься-то чем?»
Но такой подход совершенно неоправдан. Там, в царстве Божьем, будет другое восприятие времени, если оно вообще будет. В качестве аналогии батюшка приводит влюбленность. Когда человек находится на пике влюбленности, он не замечает времени, проведенного с любимым. «В каком-то плане опыт взаимодействия в любви двоих дает нам понимание, что такое вечность в Боге».
Интервью с батюшками опубликовал дзен-канал «Святые места».